РОССИЯ-2012: РИСКИ И ТУПИКИ

Опубликовано allrf в рубрике Дискуссионный клуб

Сергей Кара-Мурза

Смена президента, установки и стиль которого, как считается, сильно отличаются от установок предыдущего правителя, всегда порождает предчувствия ­потрясений и рисков – даже если в массовом сознании различия преувеличены. В данном случае предчувствия усилены открытыми политическими столкновениями, которые сопровождали выборы и нарушили привычную обстановку застоя. Люди забеспокоились: что стоит за этими митингами, криками и арестами? Неужели и нас в постмодерн ­загоняют?

    

Оговоримся: делать прогнозы рисков еще рано, главы нашего двуглавого государства только обустраиваются в своих новых кабинетах, притирают и смазывают винтики своих механизмов. Маловероятно, но не исключено, что президент внезапно огласит новую радикальную стратегическую программу и железной рукой станет воплощать ее в жизнь. Тогда, возможно, некоторые предвидимые угрозы будут нейтрализованы, но возникнут новые риски – вся система угроз преобразуется. Но гадать нет смысла, поживем – увидим.
Лучше сказать о рисках, которые выявились в последние 2-3 года и будут нарастать, как раз если не будут внесены достаточно принципиальные коррективы в политику. Назову два-три кардинальных изменения ситуации, которые власть игнорирует или, как минимум, замалчивает.
В 2011 году Институт социологии РАН опубликовал большой доклад, подводящий итоги исследований восприятия реформ в массовом сознании – с их начала до настоящего момента [Двадцать лет реформ глазами россиян (опыт многолетних социологических замеров). Аналитический доклад. М.: Институт социологии РАН. 2011]. В нем сказано:
«Рассмотрим ситуацию с негативно окрашенными чувствами и начнем с самого распространенного по частоте его переживания чувства несправедливости всего происходящего вокруг. Это чувство, свидетельствующее о нелегитимности в глазах россиян самого миропорядка, сложившегося в России, испытывало в апреле 2011 г. хотя бы иногда подавляющее большинство всех россиян (свыше 90%), при этом 46% испытывали его часто. … На фоне остальных негативно окрашенных эмоций чувство несправедливости происходящего выделяется достаточно заметно, и не только своей относительно большей распространенностью, но и очень маленькой и весьма устойчивой долей тех, кто не испытывал соответствующего чувства никогда – весь период наблюдений этот показатель находится в диапазоне 7–10%. Это свидетельствует не просто о сохраняющейся нелегитимности сложившейся в России системы общественных отношений в глазах ее граждан, но даже делегитимизации власти в глазах значительной части наших сограждан, идущей в последние годы».
Но такой длительный и глубокий кризис легитимности социального строя – угроза фундаментальная. Такой доклад ведущего официального социологического центра надо было или отвергнуть как тенденциозный и недостоверный, или рассмотреть и обсудить на высшем уровне и в формате общественного диалога. Может быть, это произойдет, но пока что признаков не видно.
Вывод доклада усиливается, если взять три главных негативных чувства в системе: чувство несправедливости происходящего вокруг; чувство стыда за свою страну; чувство, что дальше так жить нельзя. Как пишут, «три эти чувства образуют внутренне целостный, единый компонент мировоззрения». И за последние три года ситуация резко изменилась. В докладе сказано: «Если еще пять лет назад наблюдалась отчетливая концентрация испытывающих соответствующие чувства людей в низкодоходной группе, то сейчас они достаточно равномерно распределены по всем группам общества, выделенным с учетом их среднедушевых доходов. Это значит, что если тогда эти чувства вытекали прежде всего из недовольства своей индивидуальной ситуацией, то сейчас это следствие несовпадения реальности с социокультурными нормами, широко распространенными во всех слоях россиян, что также говорит об идущих процессах делегитимизации власти».
Значит, этот риск нельзя нейтрализовать нефтедолларами, кредитами и добавкой к пенсии. Требуется преображение всей социокультурной реальности. Осознание этого факта, закрепленное в жестких выводах доклада, требовало серьезного объяснения с обществом и хотя бы символического перемещения в «тень» министров, которые и довели до этого состояния. Ведь именно всеобщее недовольство повело толпы людей на митинги протеста – подтасовки на выборах были лишь поводом.
Однако персональный состав новых органов власти – Администрации Президента и Правительства (включая и «открытое») дал понять, что принципиальной коррекции политической доктрины не предусмотрено. Мы входим в новый исторический период, глубокие изменения в доктрине, а также языке и поведении власти казались неизбежными – но ведь нельзя вливать новое вино в старые мехи! Это и вызывает тревогу.
Реформа поставила целью демонтаж и замену всех больших советских систем. Самым первым объектом демонтажа стал народ (нация). Выполнение политической задачи «разборки» советского народа привело к повреждению или разрушению многих связей, соединявших граждан в народ. Эта операция велась в двух планах – как ослабление и разрушение ядра советской гражданской нации, русского народа, и как разрушение системы межэтнического общежития. Альтернативной матрицы для сборки народа (нации), адекватной по силе и разнообразию связей, создано не было. Никакой программы нациестроительства государство не выработало до сих пор.
Эта сборка (нациестроительство) – приоритетная обязанность государства. Но политическая система России к выполнению этой задачи не готова. Пока что государство эту ношу на себя не берет и с трудом поддерживает неустойчивое равновесие в сфере этничности и национальных отношений. Пока народ не будет вновь собран и вновь не обретет надличностных памяти, разума и воли, не может быть выхода из этого кризиса.
Обязанность государства – строить, воспроизводить, ремонтировать и обновлять общество, особую большую систему со сложной структурой и динамикой. Это – иной тип общности, нежели народ и нация. Одна из главных причин глубины кризиса заключается в том, что в России произошла глубокая дезинтеграция общества. В результате разрыхления народа началась деградация внутренних связей каждой отдельной общности (профессиональной, культурной, возрастной). Была утрачена скрепляющая народ система связей «горизонтального товарищества», которые пронизывали все общности – и как часть их «внутреннего скелета», и как каналы их связей с другими общностями. Этот процесс был запущен перестройкой и реформами 1990-х гг., маховик его был раскручен в политических целях, но остановить этот маховик до сих пор не удалось (если такая задача вообще была осознана и поставлена).
Угроза распада общества нарастает, а признаков противодействия ей со стороны государства в предстоящий период не видно.
Наконец, изменение важное, сложное и неожиданное. На общественную арену вышло первое постсоветское поколение, во многих отношениях нам неведомое. Оно обладает неизвестным в России типом рациональности и потребностей, несбыточными притязаниями и комплексами. Оно почти утратило коммуникации с государством и старшими поколениями, вышло из-под влияния и авторитетов советской культуры и традиционных норм и авторитетов. Оно не пережило бедствия 90-х годов и не испытывает страха перед хаосом.
Новое поколение представляет собой новый культурно-исторический тип. Это – изменение не просто политическое и социальное. Речь идет о назревании цивилизационного конфликта власти – как с остатками советского культурного типа, так и с «рыночной» постсоветской формацией. Власть, отказываясь от смены дискурса и от диалога с этим поколением (как раньше – от диалога с советским человеком), создает риск социокультурного конфликта неизвестной конфигурации.
Именно это поколение, почти все с дипломами офисных специальностей, названо «креативным классом», на него власть возлагает надежды ­– а оно тяготеет к Болотной площади. Это порочный круг, ибо власть мировоззренчески тоже обитает на Болотной площади, а объясниться с ней не может и посылает ОМОН.
Более того, ввиду риска «оранжевой» дестабилизации пошли на аварийные меры – использовать неформальные движения для возбуждения эмоций и ­демонизации «оранжевой чумы». Эффект был получен, но дорогой ценой – углублением раскола в обществе и конфликтом со значительной частью интеллигенции и молодежи. В общежитиях ГУ ВШЭ, мозгового центра правительства, 66% проголосовали за Прохорова, в МФТИ – 45%. Где выход из этого тупика?
Это новый риск, который требует обновления культурной базы власти.

Метки: ,

Оставить комментарий

ЕВРОПЕЙСКИЕ МАРШРУТЫ ПАМЯТИ

ДОРОГИ ПАМЯТИ - ДОРОГИ МИРА


ПРИГЛАШАЕМ!
ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКАЯ АКЦИЯ-ПОЕЗДКА "ДОРОГИ ПАМЯТИ - ДОРОГИ МИРА" цикла "ЕВРОПЕЙСКИЕ МАРШРУТЫ ПАМЯТИ"
28 октября – 6 ноября 2017 г.
(10 дней / 9 ночей)
Поездка в преддверии 72-й годовщины начала Нюрнбергского процесса над нацизмом и его сателлитами
Маршрут: Москва – Берлин (Заксенхаузен) – Потсдам – Дрезден – Нюрнберг – Мюнхен (Дахау) – Веймар (Бухенвальд) – Лейпциг – Берлин – Москва.
Подробности на www.mrzh.ru. Дороги памяти - дороги мира

НВ-ПАРТНЕР


Rambler's Top100