Архив Март, 2015

«Людям надо верить»

Опубликовано allrf в рубрике Власть на местах

Александр Альбертович Гусев организаторский опыт получил еще в комсомоле. С 1990 года работал заместителем главы администрации Одинцовского района. В сентябре 2005 года был избран мэром города Одинцово. Так что в этом году у него сплошные юбилеи. Но есть еще одна важная круглая дата – 5 лет придуманному и внедренному им институту уполномоченных… Может, именно поэтому Гусев был и остается первым и пока единственным мэром Одинцово.

– Сегодня у нас более 500 уполномоченных. Когда-то я им сказал: вы приходите работать вместе со мной и с управляющими компаниями – копать, сажать, строить, ремонтировать и т.д. Это был наш путь. А законодательство идет по пути создания советов домов, которые занимаются раздачей рекомендаций. Недавно Москва приняла решение о создании подобной структуры представителей мэрии, которые должны выполнять задачи на общественных началах. Наши уполномоченные зарплату тоже не получают – только почет и уважение. И удостоверения, которые дают им многие полномочия.

– Каковы их полномочия? Чувствуют ли они себя силой, способной принимать решения?

– Они участвуют в формировании расходной части бюджета. Допустим, на программу «Дорожки» мы выделяем 10 млн на 10 км дорог. Они со своим активом сами вырабатывают программу строительства. И не я, а они говорят нам, как и где должна пройти внутриквартальная дорога. Они там ходят, живут и точно знают каждую лужу после дождя. Затем наши специалисты ходят с ними по этим тропинкам и все согласовывают. Потом приходит время конкурса и выбора организации-исполнителя. И наши уполномоченные следят за строительством работ. Мы им даем право подписи на акте о выполнении работ и только после этого оплачиваем работы.

Когда все только начиналось, и специалисты, и аппарат не сразу это восприняли: мол, врач, пенсионер, милиционер – это не специалисты в области городского хозяйства. А я уверял, что они сами найдут того, кто знает. Так и получилось. У нас одна бабуля, когда укладывали бордюр, дошла до завода-изготовителя, все ГОСТы сверила, и только после этого дала добро. И все производители работ теперь готовы к такой «инспекции» и знают, что без их подписи они деньги не получат.

Мы дали поручение уполномоченным: пять малых дел по их округу – предложения в бюджет. Собрали предложения, проанализировали, просчитали, потом опять к уполномоченным: предложений больше, чем бюджета, давайте выбирать самое необходимое. И первые дела легли в основу первого бюджета города. И сейчас готовятся предложения по каждой проблемной точке, мы их рассмотрим, осметим и сделаем все только так, как хотят жители. А наши уполномоченные будут потом каждую копейку отслеживать.

– Многие только говорят о развитии гражданского общества, а у вас оно уже есть и действует.

– Это демонстрирует открытость власти, прозрачность власти, и самое главное – участие уполномоченных в управлении: по сути, народ деньгами распоряжается. И делает свою жизнь не только комфортнее, но и интереснее. Уже 4 года нас по городу проходят праздники двора, которые устраиваются в каждом дворе и собирают человек по 200-300. В основном они ориентированы на детей, но мы там отмечаем и лучшего сантехника, дворника, уполномоченного. И на этом сборе людей, которые вместе живут и знают друг друга, мы подводим итоги, благодарим, грамоты вручаем, общаемся.

С помощью уполномоченных создано около 100 детских площадок с малыми формами. С их участием проходит фестиваль «Одинцовские самоцветы» – смотр-конкурс талантов города по 28 номинациям. Прикладное и изобразительное искусство, пение вокальное и хоровое, художники и поэты. Каждый год участвует человек 800. В мае будет заключительный концерт. Лучшие выступают на всех наших площадках и праздниках. Каждый год отправляем 300 лауреатов в три поездки: побывали в Казани, Ростове, Клину, Петербурге… У нас ежегодно проходит более 200 городских спортивных турниров. А начинается все со двора: 64 дворовые хоккейные команды, уличный баскетбол, волейбол… Сюда едут даже из столицы хоккеисты на бесплатный лёд – целых 15 площадок, залитых по всем правилам. На День города мы чествуем спортсменов, ставших победителями на крупных соревнованиях, включая олимпийские. Начинали с 12 человек, а в прошлом году уже поздравляли 28.

Есть задумка заниматься во дворах зарядкой по утрам. Нашли несколько квалифицированных инструкторов. А по первому микрорайону вышли с инициативой объединения «Дети-ангелы»: помощь детям-инвалидам, кружковые занятия. Уже 40 детей таких объединили. Мы проводили акцию «Люди, попавшие в тяжелую жизненную ситуацию». Уполномоченные лучше знают, кто нуждается. А еще более 1000 пенсионеров прошли курсы компьютерной грамотности, 700 – на курсах английского языка с преподавателями из института. А представляете, как это среди пенсионеров востребовано! Они потом начинают общаться, некоторые наши уполномоченные организовали свое сообщество в сетях, создали в интернете клубы.

За каждым уполномоченным – дом или два, выбираются они собранием жильцов. Работа эта непростая, туда не покрасоваться приходят. Они же субботники проводят. Мы каждый год сажаем около 2,5 тыс. деревьев, 10 тыс. кустарников, 30 тыс. рассады, завозим чернозем, песок. Жители потом копают, сажают. Мы на них опираемся и в трудных ситуациях: милиция объявляет о пропаже ребенка, мы обзваниваем всех уполномоченных, они тут же проходят все этажи, проверяют чердаки, подвалы, сразу докладывают. Законодательно надо это поддержать.

Стало ли вам легче работать с таким институтом?

– Сложно! В народ ходили когда-нибудь выступать? Дважды в год я отчитываюсь перед уполномоченными и каждые полгода провожу пять встреч в микрорайонах. Я каждый раз прихожу с этих встреч выжатый, как лимон. Они же вопросы задают, требуют. А по конечному результату двое уполномоченных уже работают в аппарате, трое – депутаты городского совета. Некоторые в домах сделали полностью ремонт на этажах вверенных домов. Назначили ответственных по этажам, навели идеальный порядок. Украсили подъезды картинами и цветами. Установили видеонаблюдение, вывели мониторы в квартиру и смотрят за порядком в подъезде. Возле дома разбили такие цветники! Мы конкурс проводим на лучший двор, палисадник. Я же тоже корысть имею свою, когда иду на выборы. Мне есть кому сказать: кто меня поддерживает, прошу со мной работать. И получается, что меня есть кому поддержать. И есть около сотни человек среди уполномоченных, на которых я полностью могу опереться, кто готов идти со мной в огонь и в воду. Самое главное – отдача есть. Там, где люди вкладывают свой труд, они и за порядком следят.

Понятно, что за один год общению всех не научишь. Но вот если мы сделаем городскую утреннюю гимнастику или проводы в армию не так как в военкомате: собрали всех в Доме офицеров, выступили папа-мама, военком – а во дворе, где призывник жил, рос, соседи доброе слово скажут, то это будет большое дело.

Кто это всё придумывает?

– Мы. Сейчас мне это уже проще, потому что создали отдел по работе с населением. Это пять человек, которые отвечают за пять округов, в каждом из которых по 30 тысяч населения. Они знают уже каждого уполномоченного, кто чем дышит и кто что делает. И креативят уже вместе и на месте. Это срез людей, которые с нами общаются. Они уже и свой актив создали. Сознательность пробуждается.

– Можно ли сказать, что институт уполномоченных – это и распределение ответственности? Это прибавило доверия к власти?

– По выборам будем судить. Понимания больше стало. По большому счету это местное самоуправление, первые росточки самоуправления. Они все больше и больше приобщаются к управлению. Я же прием веду каждый день с 8 утра. Любой может прийти. Я всю жизнь с людьми работаю и нутром понимаю, если все не будут участвовать, то ничего не добьешься без взаимодействия. Одинцово формировался как город людей высококвалифицированного и интеллектуального труда: «Трансинжстрой», куда набирали по комсомольским путевкам людей высококвалифицированных, кадровые офицеры РВСН. Проводил недавно встречи, а в зале сидят генералы, военные инженеры. Серьезные люди, у них за плечами больше, чем у меня в 10 раз. Там орденов не перечесть. И требования у такого населения высокие, но и понимание дела есть.

– Бюджет города дефицитный или профицитный?

– У нас всего бюджет 1,5 млрд, оставляем 70 млн «заначки» на «выверты» экономики. Нас ругают, что мы не всё использовали, а мы отмалчиваемся. Но в январе обычно поступлений не бывает, а мы используем «задел». Вдруг опять будут кризисные времена. У нас в Одинцово всего 8 тыс. работают, а 50 тыс. каждый день едут в Москву на работу. По сути мы – спальня столицы. Мы теряем на НДФЛ примерно миллиард, а поскольку предприятий мало, то живем в основном за счет налога на землю. Все губернаторы поднимали этот вопрос, но он не решается. А если бы хотя бы половина НДФЛ у нас оставалась, то и делать могли бы больше. Вот сейчас по электричеству будем опрашивать, и знаем, что предложений будет масса, что 20 млн не хватит. Или конкурс: выигрывает тот, кто меньше заплатил. Очень легко «обнулить», а нам потом трудно строить или чистить дороги с такими «конкурсантами». Законодательство ничего не говорит о том, что участник конкурса должен иметь хорошую историю, оборудование, опыт. Три года назад нам чуть не завалила конкурс такая фирма. А на уборку дорог каждый месяц уходит 7 млн. И если эта фирма потом завалит уборку, кто отвечать будет?

Вы много лет были членом президиума совета муниципальных образований Московской области. Чем он занимается? На его сайте последняя информация – двухлетней давности. Совет перестал действовать?

– Мои полномочия там имели ограниченный срок и уже закончились. Раньше там обобщался опыт, это была своеобразная учеба. Там собирались представители администраций, председатели советов, главы трех уровней – сельского, городского и районного. Направляли предложения по законодательству в Госдуму. Ведь многие законы не работают или противоречат друг другу. Это была связь законодателя и исполнителя. Теперь она прервалась. Хотелось бы более внятного законодательства, направленного и на укрепление муниципалитетов, и на институт уполномоченных. Пока уполномоченными в основном становятся люди, воспитанные еще советской властью, на духе коллективизма. Но сейчас уже и молодежь потянулась. Москва приняла подобные вещи, но там основное: идеи правительства Москвы – в массы, а у нас главное – идеи масс. Людям надо доверять.

Людмила Дружинина

Из жизни уполномоченных

Однажды один уполномоченный увидел, что дорожку асфальтируют, а до военной части недотягивают. Поинтересовался. Ему ответили, что дальше не планировалось. Вот тут уполномоченный со свей своей решительностью военного заявил, что под каток ляжет, но дорожку сделают как надо и куда надо… Сделали как надо и куда надо.

Однажды помощник мэра «на местах» потребовал для своих подопечных жильцов… фонтаны, лебедей на озеро и пони, чтоб детей катать…

Однажды другой уполномоченный, контролируя выполнение работ, увидел, как устанавливают слишком маленький лифт, а в доме есть инвалид. И не подписывал акт, пока не поставили большую кабину…

Уполномоченный – по нашему времени категория людей уникальная: они неподкупны…

Уполномоченный имеет право:

Обращаться в администрацию городского поселения Одинцово по вопросам, затрагивающим интересы жителей.

Участвовать в рабочих совещаниях ЖЭУ при обсуждении планов работ, связанных с эксплуатацией жилого дома.

Получать информацию об использовании финансовых средств на содержание, эксплуатацию и ремонт жилого фонда.

Участвовать в приемке работ, произведенных в жилом доме.

ПРООБРАЗ СТАЛИНГРАДА

Опубликовано allrf в рубрике В памяти народной

Обороне Могилева посвящено множество статей и монографий. Однако эта тема во многом еще не до конца осмыслена. Уходит время личной памяти, все меньше остается живых свидетелей, в результате чего даже местные молодые историки и публицисты уже начинают подвергать сомнению как продолжительность обороны Могилева, так и подвиг населения города. С подачи маршала Еременко считается, что Могилев оборонялся с 3 по 26 июля 1941 года в течение 23 дней. Такого рода утверждения стали каноническими, но реальные события позволяют расширить указанные временные рамки. И в пользу этого утверждения говорят следующие факты.

За первую неделю войны немцы продвинулись до Бобруйска и Березино со средней скоростью продвижения 50-60 км в сутки. Опьяненные успехами первых дней, немцы считали, что один-два дня перехода – и они триумфально войдут в Могилев с разных направлений – Минска и Бобруйска. Кто их остановил? Ведь в Могилеве не было регулярных воинских частей и почему после 8 июля немцы вновь стремительно стали продвигаться к Москве? 10 июля они захватили Витебск, 18 июля – Смоленск, в результате чего путь на Москву был открыт.

Оборона Могилева

Могилев организационно был готов к обороне еще с начала войны. И это не преувеличение. Географическое расположение города ничем не отличается, например, от расположения Витебска или Гомеля. Но почему отличился Могилев? В Могилеве бойцы МПВО прошли основательную подготовку и четко работали на протяжении всего периода обороны города, начиная с первого дня войны. После обеда 22 июня команда МПВО города была в сборе без объявления. Очевидно, на высоком уровне была организована в школах и учебных заведениях военная подготовка молодежи. В этом, безусловно, заслуга всех ветвей власти – партийной, комсомольской, советских органов власти, да и силовых структур. С введением военного положения вся полнота власти перешла к облвоенкому полковнику И.П. Воеводину, роль которого почему-то до сих пор ускользала от исследователей. Он имел опыт борьбы с басмачами, четко представлял характер войны, сразу приступил к накоплению оружия, боеприпасов, снаряжения. Так, в условиях неразберихи и паники, направил в Гомель машины и сумел привезти с местного химзавода 10 т горючей жидкости, организовал обследование всех армейских складов для сбора всего, что могло потребоваться для обороны. По городу собрали всю колючую проволоку, что дало возможность опоясать ею два ряда передовых позиций. На них находились устаревшие учебные танкетки, приспособленные в качестве неподвижных орудийных и пулеметных расчетов.

Сам город к вечеру 22 июня стал превращаться в военный лагерь. Горком комсомола смог вызвать 300 комсомольцев, и это – в солнечный воскресный день, когда многие отдыхали за пределами города, смог обеспечить их красными повязками и отправить в помощь милиции для охраны города. На первых порах опорой стали курсанты межкраевой школы НКГБ-НКВД, прибывающие с западных областей пограничники и милиция, а затем прибывшие в город курсанты и руководящий состав Минской и Гродненской школ милиции. 23 июня начали формироваться истребительные отряды для борьбы с диверсантами и борьбы с танками. Курсанты межкраевой школы были разбиты на сотни и с 25 июня уже были выведены за город (в том же Витебске формирование отрядов народного ополчения для обороны города началось 5-6 июля, а в Гомеле – с 9 июля). Были сформированы группы сотрудников-чекистов и милиции, которые направлялись в западные районы области для организации местных истребительных и партизанских отрядов.

Важное в том, что могилевчане сумели эвакуировать все промышленные предприятия, весь подвижной железнодорожный состав, в том числе и паровозы, которые подлежали ремонту. Могилев является единственном городом, где фашисты потерпели «предбоевое поражение». Сами немцы полагали, что с ходу займут Могилев, применив свою обычную тактику: через массированные бомбардировки по указанным целям и через панику, посеянную засланными паникерами и замаскировавшимися предателями, через действия парашютистов-диверсантов. Могилевчане своими силами сорвали коварные планы врага. Можно представить масштаб диверсионной войны, когда только по линии НКГБ было обезврежено более 900 диверсантов, а милицией – 150. Их было очень много, поэтому через некоторое время был отдан приказ о расстреле диверсантов и указателей целей (ракетчиков) на месте. Через город шли огромные потоки беженцев, немцы пытались использовать и этот канал для засылки диверсантов, но была налажена четкая работа милиции, когда при малейшем сомнении подозреваемых задерживали, не обращая внимания на чины и звания. Так, 29 июня группа диверсантов в форме НКВД проникла на улицы города, но тут же была обнаружена оперативными работниками, блокирована и уничтожена. Даже захваченные в плен немецкие летчики были одеты в форму советских бойцов, чтобы было легче затеряться среди местного населения. 19-22 июля НКГБ дважды в ночное время провел тотальную проверку всех жителей города, в ходе которых выявили большую группу диверсантов и ракетчиков. Тем самым локальные очаги панического настроения быстро локализовались и ликвидировались.

Первыми сбежали из города, оставив рабочие места, работники торговли и общепита (почему-то это картина типична для всех городов, в том числе и Москвы, когда там 19 октября 1941 года было объявлено осадное положение). Четко сработал горком комсомола, который бросил клич, и молодые люди, студенты учебных заведений стали за прилавки магазинов, стали работниками ресторанов и столовых, да так, что жители города не заметили перемен. В городе не возникало положения, когда мародеры и диверсанты «правили бал». Можно как-то понять такую ситуацию в Белостоке, но как можно было допустить ее в Минске 26 июня?

Город жил напряженной, суровой жизнью, порой сдавали нервы даже у некоторых военных. Так, начальник штаба МПВО Сергиевский, узнав о первом бое еще на подступах к Могилеву, поднял панику, что немецкие танки в городе, и пытался объявить об этом по радио… Сбежавшего Сергиевского задержали, судили и расстреляли. И это подействовало на многих. Будоражило в городе обстановку и республиканское руководство. Не позднее 24 июня появились в Могилеве К.П. Пономаренко и командующий Западным фронтом Д.Г. Павлов, правительство прибыло 25 июня. Правительство и работники ЦК покинули Могилев на 25 машинах под усиленной охраной не позднее 3 июля, что наблюдали многие жители. Но несмотря на бегство вслед за правительством областного руководства и некоторых лиц районного масштаба, город готовился к обороне.

С прибытием 27 июня в город первых военных во главе с командиром 61-го стрелкового корпуса генерал-майором Ф.А. Бакуниным началась активная работа по организации обороны Могилева, созданию защитных сооружений, противотанковых рвов, окопов, траншей, бункеров, надолбов. По сути начало обороны Могилева следует исчислять датой не позднее 1 июля 1941 года, когда к городским истребительным отрядам добавились военные подразделения, которые, не вступая в затяжные бои, наносили врагу из засад удары на дальних подступах к городу, вели разведку, захватывали вооружение и боеприпасы, создавали лесные завалы, взрывали мосты и минировали пути продвижения противника, тем самым давая возможность горожанам воздвигнуть оборонительные сооружения.

Немало героических картин боевых действий есть в архивах. Так, на левом берегу Березины, на минском направлении, 4-5 июля на реке Друть насмерть стояли артиллеристы под командованием капитана Хигрина, который за эти бои получил звание Героя (посмертно). 6-7 июля развернулись жестокие бои в сражении за городской поселок Белынычи (для примера – два дня оборонялись Витебск и Смоленск), который несколько раз переходил из рук в руки, и в обороне которого принимал активное участие сводный отряд сотрудников райотдела милиции. В этих боях сражался и 51-й танковый полк под командованием И.И. Якубовского (одного из четырех будущих Дважды Героев Советского Союза, маршала Советского Союза, уроженца Белоруссии).

Начиная с 28 июня, по плану Бакунина, город начинает превращаться в неприступную крепость. Каждый день до 40 тыс. человек выходит на рытье окопов, траншей, причем и из близлежащих сел, да и беженцы. Их протяженность составила около 25 км. Город был опоясан противотанковым рвом. Люди работали под непрерывными бомбежками при недостатке шанцевого инструмента и днем, и ночью. Помогали даже десятилетние дети, которые из ближайших деревень привозили на лошадях молоко и другие продукты на передовые позиции. Инженерные работы были закончены к 7 июля. Таков вклад населения в подготовку к обороне Могилева и во время обороны.

Последним покидал город сводный полк майора Катюшина в ночь с 27 на 28 июля. Эту дату и следует считать датой окончания обороны Могилева, а не 26 июля.

Почему Могилев не стал городом-героем?

В городе периодически возникают акции по ходатайству о достойной оценке обороны Могилева, но они быстро затихают, потому что при всем обилии публикаций подлинной истории обороны города не существует. Еще не названы все истинные организаторы обороны Могилева, не сняты ложные обвинения с отдельных лиц и не названы виновные в этом. Даже когда об обороне Могилева заговорили в открытую вслед за Константином Симоновым, активизировал свою деятельность и круг противников, обладавших огромным административным ресурсом. Их деятельность ярко проявляется при рассмотрении организации обороны Могилева с более широких позиций. Например, кажутся непонятными приказы, которые поступали 13-й армии, 61-му стрелковому корпусу, противоречащие общепринятой тактике поведения войск, которым угрожает окружение (11 июля, затем 15 июля и др.).

К сожалению, командование Западного фронта с помощью сообщников из Ставки сумело переложить свою вину не только на защитников Могилева, но и на 13-ю армию. Эта ложь, к сожалению, фигурирует во многих статьях и монографиях, которая сразу видна, если обратиться к изданному в 2005 году научно-справочному изданию «Великая Отечественная. Действующая армия» и проследить судьбу армий, входивших в начале войны в состав Белорусского военного округа. Между тем 13-я армия вынесла основную тяжесть кровопролитных боев на территории Белоруссии. Мужество и стойкость воинов армии отметил в своем дневнике Ф. Гальдер: «30 июля 1941 года немцы вынуждены ввести новые танковые соединения в районе Кричево, Рославля и впервые отдать приказ об организации обороны».

Представьте себе, что защитники Могилева поступили так, как советуют нынешние «стратеги». По их мнению, город следовало оставить до 16 июля, когда еще сохранялась возможность прорыва окружения в направлении Чаус. Все равно немцы к этому времени форсировали Днепр и захватили правобережную часть Смоленска. Меньшие были бы жертвы, так как, по мнению «пророков», оборона Могилева потеряла бы свое стратегическое значение. А дальше не стесняясь, лгут, что немцы у Могилева оставили небольшой гарнизон. В действительности для окончательного прекращения сопротивления Могилевского гарнизона немцы задействовали 5 дивизий, которые оказались бы у Смоленска. И что было бы дальше?

После выхода из окружения попали в опалу многие организаторы обороны Могилева, в первую очередь командир 61-го СК генерал Ф.А. Бакунин. Его не судили, но карьеру испортили, как и многим другим участникам обороны Могилева, поставив в вину, что он был в окружении. На суде, будь он, могли бы вскрыться очевидные факты. Могилев еще сражался, когда сдали Витебск и Смоленск, у которых больше было сил и возможностей для обороны. А 61-й стрелковый корпус необоснованно расформирован, сам Бакунин не получил никакого нового воинского звания за всю войну, хотя не раз проявлял полководческий талант. Вскоре после окончания войны уволен в запас, а о действиях 61-го корпуса, когда он сражался в окружении на левом берегу Днепра, в историографии Великой Отечественной войны – полное молчание. Аналогична судьба и облвоенкома И.П. Воеводина. После войны он в прежнем звании занимал прежнюю должность и в 1948 году в возрасте 53 лет был отправлен в запас. Еще трагичнее судьба других организаторов обороны города. П.С. Чернышев, подполковник, начальник Могилевского областного управления МКГБ, выходил из окружения вместе с командиром 172-й дивизии с Н.Т. Романовым, попал в плен, смог совершить побег, но все же был уволен из органов МКГБ сразу после Победы с формулировкой о «невозможности дальнейшего использования». Ему было запрещено проживать в Москве и Московской области. Работал директором ФЗО в Кемеровской области, а последнее место работы – начальник отдела подсобных предприятий в Муроме Владимирской области.

Немало странностей в судьбе других героев обороны Могилева. Например, генерала Н.И. Калугина, комиссара Я.И. Пилипенко.

Фактически единственным, кто достойно отметил подвиг защитников Могилева, оказался Константин Симонов. К сожалению, поверхностные признание и оценки звучат во многих воспоминаниях военачальников. Только один пример: не сходятся концы с концами, когда оборону Могилева рассматривают как составную часть Смоленской битвы, которая, как считается официально, началась 10 июля. Но на чей счет, в таком случае, следует отнести уничтоженные могилевчанами фашистские танки до 10 июля? Недолго думая, знаменитый бой 12 июля на Буйничском поле 388-го полка под командованием полковника С.Ф. Кутепова, когда в результате 9-часового боя было подбито 39 немецких танков и бронетранспортеров перенесли поближе к Смоленску. Невероятно, но факт. Этот снимок висит в здании Смоленского исторического музея с послевоенного времени и уже воспроизводится в монографиях. Между тем Смоленску присвоили высокое звание города-героя, а Могилев не заслужил… Придерживаются такой линии и местные историки, приуменьшая урон, нанесенный защитниками Могилева и преувеличивая потери наших войск. Тот же Бакунин говорит в своих воспоминаниях, что за время боев по далеко не полным данным было подбито и уничтожено 24 самолета, 500 танков, 700 мотоциклов, около 1500 автомашин, убито не менее 35 тыс. и взято в плен до 2000 солдат и офицеров противника.

Еще немаловажный факт: о действиях 699-го истребительно-противотанкового артиллерийского полка во главе с Героем Советского Союза за финскую кампанию майором С.Ф. Ниловским. Кстати, сформированного в Подольске на базе одного из артиллерийских училищ. Этот полк в течение двух недель воевал под Могилевом на самых танкоопасных направлениях, и им было уничтожено и подбито с 12 июля по 16 августа около 200 танков противника. За боевые заслуги в Белоруссии и под Москвой С.Ф. Ниловскому было присвоено звание генерала, минуя звание полковника. Решение было утверждено лично Сталиным. А по сегодняшним данным мы считаем, что под Могилевом немцы потеряли лишь около 200 танков, 400 мотоциклов, уничтожено около 15 тыс. человек и т.д. Минские же историки не только «назначили» нового руководителя обороны города, но даже квоту на уничтоженного противника: оборону города возглавлял 63-й стрелковый корпус генерал-лейтенанта Л.Г. Петровского… во время оборонительных боев защитники города уничтожили 179 танков… в плен попало до 600 солдат и офицеров вермахта.

Приближается 100-летие со дня рождения К. Симонова, и лучший способ отметить эту дату – продолжение работы по написанию правдивой истории обороны Могилева, придерживаясь при этом симоновских принципов. И начинать работу надо с восстановления правды в отношении П.С. Чернышева, Ф.А. Бакунина, Я.И. Пилипенко, И.П. Воеводина и других, имена которых должны занять достойное место в истории героической обороны Могилева.

Иван Мартынов. Могилев

ЕВРОПЕЙСКИЕ МАРШРУТЫ ПАМЯТИ

ДОРОГИ ПАМЯТИ - ДОРОГИ МИРА


ПРИГЛАШАЕМ!
ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКАЯ АКЦИЯ-ПОЕЗДКА "ДОРОГИ ПАМЯТИ - ДОРОГИ МИРА" цикла "ЕВРОПЕЙСКИЕ МАРШРУТЫ ПАМЯТИ"
28 октября – 6 ноября 2017 г.
(10 дней / 9 ночей)
Поездка в преддверии 72-й годовщины начала Нюрнбергского процесса над нацизмом и его сателлитами
Маршрут: Москва – Берлин (Заксенхаузен) – Потсдам – Дрезден – Нюрнберг – Мюнхен (Дахау) – Веймар (Бухенвальд) – Лейпциг – Берлин – Москва.
Подробности на www.mrzh.ru. Дороги памяти - дороги мира

НВ-ПАРТНЕР


Rambler's Top100