О НАБОЛЕВШЕМ… Власть, общественность и патриотизм

Опубликовано allrf в рубрике Общество

Мы встретились с генерал-лейтенантом Анатолием Соколовым 4 мая 2017 года на Белорусском вокзале. Здесь утром состоялась церемония проводов участников военно-исторической акции-поездки «Дороги памяти – дороги мира» по четырем европейским странам: Словакии, Австрии, Чехии и Польше. Эта поездка – инициативный проект фонда «МИР РАДИ ЖИЗНИ», в которой приняли участие 43 человека, представители 4 регионов страны: Москвы, Московской, Калужской и Кировской областей. Особенность поездки – не только в самом мемориальном маршруте, но и в личном непосредственном участии граждан России разных возрастов в проводимых мероприятиях. Это и посещения братских захоронений советских воинов, освобождавших Европу, и участие в мемориальных мероприятиях в Маутхаузене и в Бессмертном полку в Праге, и возложения венков и цветов к мемориалам в Лидице, Освенциме, Кракове, Варшаве и других местах.
Поводом для нашего разговора явилось выступление генерала Соколова как с оценкой ситуации при подготовке этой поездки, так и с реальным участием ветеранских организаций в поддержке этой важнейшей общественной инициативы.
Анатолий Васильевич Соколов – человек заслуженный, ветеран войск РКО, генерал-лейтенант. Долгие годы он командовал армией ПРН.

– Анатолий Васильевич, как вы оказались на этой церемонии?
– Я был приглашен фондом «МИР РАДИ ЖИЗНИ», деятельность которого достаточно хорошо представляю. Прежде всего, хочу сказать, что я неоднократно участвовал в проводимых фондом мероприятиях: круглых столах, на которых присутствовали представители и ветеранской общественности, и педагоги, и молодежь. Лично мне по душе работа этого небольшого коллектива, поэтому я и прибыл напутствовать их.

 – Вы сказали, что знакомы с деятельностью фонда. Чем конкретно вам интересна его работа?
– Дело в том, что сегодня у многих моральная тревога за наше будущее, за подрастающее поколение. И мне совершенно небезразлично, как человеку военному, отдавшему службе Отечеству не один десяток лет своей жизни, состояние с патриотическим воспитанием граждан и, прежде всего, молодежи. На примере фонда я могу сказать, что здесь не на словах, а на деле, в проводимых акциях-поездках и других мероприятиях обеспечивается связь поколений. И таких мероприятий немало. Широко известны авторские поездки к 75-летию битвы под Москвой в рамках программы «Шагнувшие в бессмертие», в которых принимают участие люди разных поколений: от ветеранов-пенсионеров до педагогов школ и школьных музеев, до старшеклассников. Так, еще в 2011 году было положено начало уникальной по своему маршруту и звучанию акции-поездке «Мы помним… Так начиналась война». Она стала ежегодной и с 2011 по 2016 год в ней приняли участие представители 18 регионов разных возрастов.
Что касается этой поездки, одной из целей которой было воздание должных почестей беспримерному подвигу плененных советских летчиков совершивших свой последний «полет» — они почти все погибли прорываясь на свободу из концлагеря Маутхаузен, то здесь мы видим и бывших несовершеннолетних узников фашистских лагерей, и ветеранов военной службы и труда, ученых и педагогов, музейных работников и, самое главное — молодое поколение в лице студентов Московского педагогического государственного университета.

 – Вы достаточно критично высказались о деятельности Российского Союза ветеранов. Прокомментируйте, пожалуйста, свои суждения.
– Я в меру своих возможностей стремлюсь помочь в деятельности фонда и обратился в инициативном порядке в эту организацию, которая недавно отметила 60-летний юбилей. И какая реакция была руководителя генерала М.А. Моисеева? На мой вопрос о возможной помощи фонду в этом благородном деле, был ответ — «Ходят тут всякие, побираются». В этой связи хочу напомнить слова Президента России В.В. Путина о необходимости предметной поддержки некоммерческих организаций, которые «формируют столь необходимую России атмосферу общих дел, создают колоссальный социальный потенциал»… При этом важно, как говорил президент, и «сердечное отношение к людям, у которых глаз еще не «замылился». А с чем на деле я столкнулся, встретившись с руководством этого союза? С барством, поразительным бездушием и безразличием, вульгарностью и откровенным хамством. Такое просто недопустимо, не соответствует никаким нормам этики и офицерской чести. Я знал о том, что Моисеев в среде военных стал нерукоподатным, но вынужден был «переступить через себя» обратившись к нему за помощью, по совету одного из уважаемых среди авиаторов генерала.

– В этой связи, ваше мнение о поддержке государством социальных НКО, занимающихся патриотической тематикой?
– Мне видится, что у нас немало организаций, декларирующих патриотическую работу, получающих значительные государственные и иные средства, но которые работают не просто на себя, а под себя, то есть, фактически «кормя» себя, «проедают», как правило, эти средства. Результаты ничтожны, увидеть что-либо и узнать трудно, оценить зачастую невозможно. Поэтому путь один: помогать тем, кто реально инициирует, организует и проводит не массовки со списыванием средств, а конкретные патриотические мероприятия, продуманные, полезные и интересные для наших граждан, прежде всего, для молодежи.

Людмила Безкаравайная

НАМ ЖИТЬ с НАШЕЙ ВЛАСТЬЮ

Опубликовано allrf в рубрике Общество

Общероссийскому журналу политических и деловых кругов «Наша власть: дела и лица» исполнилось 15 лет. Это и явилось поводом для интервью с основателем журнала, владельцем, главным редактором издания Александром Новиковым.
– Александр Анатольевич, вашему журналу в этом году исполнилось 15 лет. Все годы «жизни» журнала полностью совпали с правлением Путина. Давайте подведем своеобразный итог: что сделано изданием за эти годы?
– Эти годы мы шли в одном направлении с нашей властью. Коснусь истории. Журнал явился одним из первых в России общественно-политических изданий. Тогда президентом стал Владимир Путин. Так что мы «рождены» под одним знаком… (Смеется). Значит, и судьба, и дорога у нас должны быть едины. Решение о создании журнала принималось в августе-сентябре 2000 года, первый номер вышел уже в октябре.
С тех пор издание выходило регулярно, ежемесячно, а с 2010 года – раз в два месяца. Мы решили быть не просто полезными и нужными в сфере информационного общения, но сосредоточиться на информационном взаимодействии между центром и регионами. Этого не было, этого нет в полной мере и до сих пор. И в этом наша «фишка» и предназначение. Ведь у регионов нет своей трибуны, за исключением региональных ВГТРК, а в системе печатных СМИ есть только «Российская газета», но это иной формат и все-таки «взгляд сверху». Ведь «кто платит, тот и заказывает музыку». Так что мы остаемся в определенном смысле единственными и своеобразными. Причем финансово самостоятельны все 15 лет. Дается это не без труда, не все выдерживают.
В ходу тезис, что рынок сам всё расставит, но это ультралиберальное утверждение на просторах нашей необъятной страны выглядит неуклюже. Масштабы у нас не те, только регионов 85! Парадокс: великая многонациональная Россия. Все клянутся в любви и верности, но нет журнала, который бы был не сплошным пиар-инструментом взаимодействия центра и регионов, а реальным каналом продвижения интересов, с одной стороны, федерального центра и президента (не случайно нас называют «пропрезидентским изданием»), а с другой стороны, механизмом учета интересов регионов и муниципалитетов в столь непростое время.
Издание достаточно критично, анализирует и апеллирует ко многим аспектам. Здесь ФЦП, эффективность деятельности структур власти, в том числе и федеральных. Здесь и широкий диапазон многочисленных проблем – от банковской системы и бюджетного регулирования до проблем национальной безопасности. Отсюда и наша аудитория: органы власти, эксперты, ученые, профессионалы, общественники. Между прочим, многие пытались взять такую модель издания, но ни у кого не получилось, судя по тому, что нет самих изданий. Этого курса мы придерживаемся и сегодня.

– На протяжении 15 лет «меню» «Нашей власти» разнообразили?
– Главный наш продукт – федеральное издание. «Наша власть: дела и лица» – зарегистрированный товарный знак. Помимо нашего федерального журнала мы выпускаем целый ряд спецвыпусков. Первыми из всех журналов страны мы пришли к этой идее. Первый спецвыпуск появился в 2004 году, был посвящен 60-летию Костромской области, потом пошли выпуски по федеральным округам. В 2007-2008 гг. издавались журналы на Северо-Западе и на Юге страны. Одним словом, мы разрабатывали свое поле: регионы должны быть услышаны. И регионы откликались на такой запрос.
Немало проектов было связано с городами (Ярославль, Петергоф, Грозный, Санкт-Петербург), отраслями экономики страны (Ростехнадзор, Рослесхоз и т.д.). У нас появились еще и серии спецвыпусков «Страницы народного подвига» и «Выдающиеся соотечественники», рассказывающие о знаменитых людях России.
Особое внимание уделяем образовательной тематике: немало публикаций, причем острых, а также спецвыпусков по реформе образования.
Не оставляем попыток продолжить серию «Мир Содружества», что в нынешних реалиях крайне важно и нужно. Но решение – не за нами…

– Ваше мнение о ситуации сегодня в стране? Вы часто бываете в областях и наших республиках, общаетесь с властью на местах, знаете их настроения.
– Ситуация далеко не простая, но и не следует нагнетать. Вместо того чтобы отвечать на запросы времени, складывается впечатление, что мы превращаемся в «осажденную крепость». Очевидны вызовы на международной арене, немало и внутренних «заторов». И обусловлены они не просто происками извне, о чем стало модно говорить. Многое сделано, например, в кризисном состоянии отечественной экономики «рукотворным» образом.
У нас серьезные проблемы с национализацией элит, с выбором перспектив развития страны. Нельзя не выделить и духовно-нравственные проблемы, свидетельствующие об определенном кризисном состоянии общества. Поколенческий разрыв, вопиющее социальное неравенство, декоративная «лакокрасочная» зом­бодействительность – вот слагаемые нашего бытия. Мы стараемся не плыть по течению. Именно поэтому журнал – экспертно-аналитическая площадка для многих профессионалов, например, тех же членов ВЭО и МАМ.

– Какие проблемы сегодня наиболее остры?
– По моему мнению, одна из самых нерешаемых по существу проблем – проблема исторического знания, проблема взаимодействия поколений, в том числе заслуг и ответственности в новейшей истории. 15-летие журнала совпало с годом 70-летия Победы. Мы за 25 лет новой России нивелировали не только сам термин «патриотическое воспитание», который получал и отрицательное звучание, но и ощутили глубокие прорехи в сохранении исторической памяти. Во многом культуру памяти, к сожалению, утратили. Сейчас иное – не знание, а патриотическая риторика набрала силу, но за ней нет глубинного содержания… Видимость дел еще не означает реальности осуществления. И это не просто досада, это устойчивое представление…
Разве не видно любому здравомыслящему, что не первое десятилетие прослеживается четкая установка определенных кругов Запада лишить народы Европы чувства благодарности и признательности за освобождение от нацизма, что осуществили, прежде всего, народы СССР. Это делается в разных форматах, под разным «соусом», но главная беда в том, что и у нас некоторые тоже попались на эту «удочку». И находят десятки причин, чтобы оправдать свою бездеятельность, не задумываясь о смысле. Сегодня есть разные оценки роли и места СССР, но одно незыблемо: Советский Союз освободил Европу и весь мир от фашистской чумы вместе с союзниками по антигитлеровской коалиции. И если на эту тему в 2015 г. хотя бы что-то делалось, то в отношении советско-японской войны – практически тишина. Мало кто из современников сегодня знает, что после победного завершения войны получили независимость Корея, Вьетнам, Индонезия и т.д. Такое ощущение, что эта тематика выводится за скобки нашего общественного знания. Ведь наша страна после Великой Победы стала архитектором нового мира, полностью изменился мировой порядок. А к чему подводят мир новые «архитекторы» – уже понятно…

– Каким вам видится будущее журнала?
– За годы нашего существования актуальность издания только растет. Он современен по своему содержанию. На наш взгляд, отвечает и своему названию. Но во власти – смена поколений. И многим это неведомо, особенно на Краснопресненской набережной.
Вместе с тем на информационном поле появились новые форматы, новые технологии, умы и сердца завоевал Интернет. Но при всей важности этих инструментов в современных информационных потоках такого рода издания, как наше, несомненно, имеют свою нишу, своего читателя и перспективы.
Мы задумываемся и об инвесторах. На наш взгляд, такого рода актив может быть довольно привлекательным, например, для возвращающихся капиталов из-за рубежа.
– Новым форматом в деятельности журнала стала организация и проведение акций-поездок военно-исторической тематики. Во многом с вами связывают эксперты и профессионалы возрождение ушедшего из массового обихода термина «народная дипломатия». Как вы оцениваете сегодняшнее состояние народной дипломатии?
– Для нас это очень непростое, но нужное дело. Журнал этим плотно занимается с 2008 года, организуя круглые столы в рамках проекта «МИР РАДИ ЖИЗНИ». С 2011 года мы приступили к разработке и реализации собственных «выездных уроков истории». Вы, наверное, обратили внимание, что историческая тематика звучит постоянно в журнале, причем это и публикации о неизвестных страницах войны, воспоминания, аналитика.
Мы не работаем «под праздник», мы ведем эту тему постоянно и систематически. Дело же это, к сожалению, порой неблагодарное. Одно дело, я извиняюсь, «прокукарекать», что сейчас в цене, другое – работать вдумчиво и целеустремленно. Нам народная дипломатия видится как развитие системы постоянных и полноценных отношений, прежде всего, реализуемых социальными НКО через гранты, контракты и др. Именно для этого был создан Фонд «МИР РАДИ ЖИЗНИ», который работая в стране, вышел и на международную арену для решения вопроса сохранения культуры памяти, для укрепления отношений и взаимодействия между странами, прежде всего европейскими.
Один нюанс. Когда мы говорим о сохранении памяти, например, памятников воинам Красной Армии и мест массового захоронения в той же Европе, мы апеллируем к межправительственным соглашениям. Все европейские страны, где прошли бои, как правило, выделяют деньги на эти нужды. Но это – официальный формат. Встает вопрос для каждого из нас: где при этом наша народная память и, соответственно, наша народная дипломатия, НКО? Именно поэтому нами была разработана программа к 70-летию освобождения Европы от фашизма. Сделана серьезная массовая поездка при поддержке и участии Правительства Московской области, Минобороны, Минкультуры РФ по местам боевых действий 44-й танковой бригады. И когда молодежь и ветераны из 14 муниципальных образований Подмосковья проехали по этим европейским маршрутам памяти, непосредственно контактируя со своими сверстниками в Польше и Германии и обмениваясь печатной продукцией, это действительно – народная дипломатия. Это реальный, очень действенный и далеко неформальный аспект общения. А ведь мы поехали не в самое простое время – начала санкций. И все наши задумки и мероприятия прошли на самом высоком уровне, никакого негатива по отношению к нам не было. Везде нас принимали по-доброму, с уважением.
В наших планах – сохранить и развить этот формат акций-поездок. Ведь молодежь практически ничего не знает ни об Освенциме, ни о Майданеке, а их освобождала наша Красная Армия. Многим из молодых ничего не говорит имя Карбышева, замученного в Маутхаузене, Зои Космодемьянской. А есть и чиновники, которые, когда им говоришь о культуре памяти, отвечают – «это общие слова».
Самое страшное, что поколенческий разрыв пришел во власть. За эти 15 лет можно заметить и во власти нравственно-поведенческие изменения: новое поколение более цинично и прагматично. И здесь уместны слова Николая Травкина (если кто его не забыл): «99 процентов тех, кто идет во власть, точно знают, зачем. Бессребреников почти не осталось». И это не просто печально. Это глубокие «ямы», которые ущербны по-настоящему. Мы же привыкли уважать власть, а в регионах и того больше – готовы лбом о землю биться, особенно в условиях зависимости от федерального бюджета. Власть же возводит порой все более высокий и крепкий забор, отделяясь от народа и бросая демократические подачки в виде того же «активного гражданина», регулируемых массовых шествий и псевдообсуждений.
Реальные же вопросы жизни сваливаются неожиданно, постфактум, а потом «разруливаются вручную», зачастую указами президента.

– Про это еще Ленин писал: «Страшно далеки они от народа»…
– Они становятся еще дальше. Я об этом могу судить по собственному опыту общения уже более 15 лет. К сожалению, равнодушие и бездействие усугубляется.
– Как молодежь относится к вашему изданию? Ведь это важно – вырастить единомышленников.
– Сегодня молодежь в «сетях». И только выступая в вузах, замечаешь интерес и к журналу, когда об этом рассказываешь студентам. Между тем состояние молодежи, ее образование и воспитание – один из самых серьезных вопросов. По разным опросам, до 66-67% молодых выпускников вузов хотят уехать за рубеж. Это связано с разными причинами: с понимаемой моделью самореализации, с возможностями, с условиями. У нее иные запросы, к сожалению, они сказываются и на мировоззрении. Ведь с рождения молодые люди живут в условиях формирования общества потребления.
Кстати, все годы существования журнала мы бьемся за «общество созидания», в то время как в стране создавалось «общество потребления». И до сих пор вбивается эта идеология наживы, причем небезуспешно. У нас не культ знания, развития, интеллекта, а культ денег. С этой точки зрения ситуация выглядит драматично для нашей страны. Я не буду брать ситуацию в здравоохранении, образовании, о чем мы часто и остро пишем.
Уместно будет вспомнить, что еще накануне 65-летия Победы мы первыми подняли вопрос об обеспечении жильем участников войны. Сколько было звонков от недовольных чиновников, когда обнародовали реальные цифры! Впервые стала очевидной ситуация в регионах. К чему это? Наш журнал продолжает свою независимую линию. «Наша власть: дела и лица» – негосударственное издание, мы отражаем свою позицию, считая ее объективной, конструктивной, с точки зрения запросов растущего гражданского общества.
Поэтому наш журнал отличает большое количество экспертных оценок и мнений, аналитики на основе соцопросов, конструктивных предложений ведущих ученых-общественников и политических деятелей. В этом мы в определенном смысле уникальны, потому что у нас нет места фантазиям и слухам, а только фактам и их анализу. Неслучайно так называется журнал. «Наша власть» – это избранная нами власть, и мы за нее тоже ответственны. Она во многом инертна и корыстолюбива.
Вот последний случай: страна в кризисе, а депутаты Госдумы ставят вопрос об увеличении личных доходов… Разве не видно, что дееспособность властных институтов порой подменяется пиаром. Нашел хороший термин под подобную работу – «декоративная дееспособность».
Сколько было различных правильных программ, стратегий и т.д.! А результат? К сожалению, во власти появилось много временщиков, которые живут одним днем и только своими проблемами. «Железный занавес» никуда не делся, только теперь он возводится между властью и народом.
Но всё же это «наша власть». Нам с ней жить, нам ей помогать, нам вместе строить страну – Россию. И совсем не случаен девиз нашего издания: «МЫ ФОРМИРУЕМ ДОБРОЕ ИМЯ РОССИИ!».

Реперные точки национальной политики

Опубликовано allrf в рубрике Общество

«Если предоставить всем народам на свете выбирать самые лучшие из всех обычаи и нравы, то каждый народ, внимательно рассмотрев их, выбрал бы свои собственные».  Геродотдревнегреческий историк, V в. до н.э.

В то время, когда готовилась эта статья, в Московском областном суде продолжались слушания по делу националистической группировки БОРН (Боевая организация русских националистов), членам которой инкриминируются убийства на почве расовой неприязни и физические расправы над своими оппонентами. Случаи убийства скинхедами лиц неславянской внешности официально регистрировались и раньше, но праворадикалы из БОРН добивались своими действиями вполне конкретной политической цели. Они хотели таким путем, по словам участницы группы Евгении Хасис, «показать власти: смотрите, какие среди националистов отморозки и как их много, дайте нам создать партию, и мы возьмем эту ситуацию под контроль!». Как минимум это говорит о том, что идеология национализма вполне себе находит сочувствующую аудиторию, на которую рассчитывали опереться боевики. К тем же настроениям апеллируют звучные предвыборные лозунги от «хватит кормить Кавказ», до «мы решим проблему нелегальной миграции». Почему в традиционно многонациональном государстве никак не переплавятся национальные вопросы, и возможно ли рассчитывать на это в принципе?

«Если в кране нет воды…»

Психологические и социальные причины национализма

В России по итогам переписи 2010 г. сосчитали представителей 194 национальностей. 77,7% причислили себя к русским. Второй по численности этнос – татары. Их 3,7%.  Украинцы с 1,3% заняли почетное третье место. Остальные народности набрали от одного до сотой доли процента. О существовании некоторых известно, скорее всего,  лишь этнографам или антропологам. Есть даже национальности, заявившие о себе в единственном числе (греки-урумы и юги).  Странно, что на фоне этой статистики некоторые русские чувствуют себя «самой угнетаемой» в своем отечестве нацией. Конечно, назваться русским и быть – не одно и то же. Зато принадлежность к определенной группе, страту дает индивидууму ощущение надежной защиты и даже в какой-то мере решает онтологическую проблему конечности собственного существования перед лицом «бессмертия» сильного и могущественного социума или многочисленной и успешной нации, к которым человек себя причисляет. Этот почти биологический механизм, позволяющий выживать прайду львов или стае гиен, люди «облагораживают» идеями превосходства красных над белыми, христиан над иудеями, «Спартака» над «Динамо». Сила эмоциональной вовлеченности может быть весьма разрушительна. Как показывает практика, революционеры и религиозные фанатики отдают жизнь ради процветания «своих» и нередко лишают жизни «других» того же ради. Националисты действуют в той же парадигме, но во многих этнических конфликтах скрыты территориальные и религиозные «изюминки». При разрастании национального конфликта социологи фиксируют деформацию этнического самосознания: «общие с соседями черты становятся малосущественными, а вот межэтнические различия приобретают повышенно важное значение, причем каждой стороной оцениваются в свою пользу. Характерные для «своих» черты признаются человеческими, а черты «врага» — нечеловеческими. Происходит кристаллизация «образа врага» и «образа своих». Эти образы при разрастании конфликта становятся грубее, примитивнее, но зато позволяют в каждом конкретном случае быстро перейти к действиям по защите «своего правого дела». Еще одна примета суженного национализмом сознания – возврат к архаичным традициям в поиске национальной идентичности. «Национальные святыни» ставятся превыше цивилизации.

Украинские события, которые уже открыто называют гражданской войной, лишнее тому подтверждение. Не стоит забывать, что в период гражданской войны почти столетней давности провозглашенное большевиками право наций на самоопределение породило более 70 республик и анклавов под различными политическими и национальными знаменами. Но и сегодня в нашей стране тлеющих территориальных конфликтов с дымком национальной пропаганды более чем достаточно. Неоднократно в нашей истории волюнтаристски или по праву силы менялись границы и выселялись народы, и сегодня это служит прекрасным поводом для  политиков, разыгрывающих карту «возрождения национального самосознания». Логика довольна примитивная: «нас ущемляли, но теперь мы встаем с колен, обретая былое могущество и славу». А кто же не хочет могущества и славы, хотя для этого и призывают поработать локтями, расчищая пространство от «несоплеменников». В каком-то смысле маятник национальной самоидентичности качнулся с распадом СССР в другу сторону. Мы были единым советским народом, где республики и автономии по большому счету были лишь реверансом в сторону отдельных этносов. Мы стали страной, от которой откололись куски территории формально по национальному признаку. И, возможно, не все элиты на местах считают этот процесс законченным. Население в депрессивных, «обиженных», с точки зрения экономики, регионах тоже часто склонно считать причиной своих неуспехов центральную власть, а заодно и титульную нацию. Фантомные боли былого величия зовут отдельных тихоновых и хасис к топору, а государство и общество задумываются, как обуздать националистическую стихию. Самой масштабной попыткой стала широко разрекламированная на Западе политика мультикультурализма.

«Волк и ягненок будут пастись вместе, и лев, как вол, будет есть солому»

Уроки мультикультурализма

Лидеры крупнейших европейских стран – Германии, Англии и Франции – публично заявили, что политика мультикультурализма в том виде, в котором она проводилась в Европе, умерла. Напомним, что эти идеи зародились еще в 70-е годы в Канаде и Австралии, когда в СССР национальный вопрос считался окончательно решенным. Многим западным ученым уже тогда мультикультурализм казался утопией, достойной пера Томаса Мора. Авторы идеи исходили из вполне благостных предпосылок, что победить шовинизм и расизм возможно, если нивелировать преимущества старожилов Европы перед новичками. В условиях мирного сосуществования различных культур нации отомрут, а их место займут толерантно относящиеся друг к другу сообщества с различной культурой – такая интеграция на качественно новом уровне. Равенство возможностей и культур и снятие барьеров на практике вылилось в политику поддержки приезжих через предоставление социальных льгот и прочих бонусов. Ассимиляции иммигрантов во многих случаях не случилось даже и во втором поколении, а вот анклавы, куда боится зайти коренное населения, увы, появились. Иммигранты не отождествляют себя со страной пребывания и не видят потребности интегрироваться. В итоге демократическое общество получило потенциальную нестабильность и угрозу своим ценностям. Непродуманная политика культурного плюрализма привела и к росту числа партий, отражающих широкий спектр националистических настроений европейцев, желающих защитить свои базовые права. Хотя в нашей стране мультикультурализм никогда не объявлялся официальной парадигмой, некоторую аналогию с нашей национальной политикой, проводимой в постсоветской России, можно провести. Москва в каком-то смысле оказалась такой же метрополией для бывших советских республик, как Париж для стран Магриба или Лондон для своих бывших колоний. Мы тоже почувствовали ответственность за тех, «кого приручили», а те, кто когда-то строил вместе с нами коммунизм, хлынули из своих экономически неблагополучных регионов на заработки к «старшему брату». Казалось бы, нашей многонациональной стране не привыкать, но нужно учитывать один нюанс. С одной стороны, у нас есть этносы, состоящие из граждан РФ, пользующихся теми же правами, что и русские. С другой стороны, многие «пришельцы» являются гражданами других государств.  Встает вопрос: до какой степени их нужно интегрировать, какие давать права и предъявлять требования? Единства во взглядах нет. То мы ужесточаем требования и экзаменуем мигрантов по русскому языку, то выдвигаем «продуманные» предложения заселить Сибирь трудолюбивыми китайцами, которые в братскую семью народов никогда не входили, зато наверняка улучшат статистику рождаемости в этом регионе. Демографическая ситуация с титульной нацией подталкивает к тому, чтобы распахнуть объятья другим этносам, и рано или поздно уроки мультикультурализма придется изучать. Но уже сейчас ясно: мало обеспечить равные возможности для разных национальностей, нужно строить общегражданскую идеологию и политику, надстраивающуюся над этническими ценностями и целями. В Советском Союзе таким общим куполом было строительство социализма и коммунизма со всеми вытекающими в отношении национальной политики. В новейшей действительности мы то интегрируемся в мировое сообщество, то ищем свой особый путь, подкладывая под него разные философские концепции. Основная проблема при этом формулируется следующим образом: насколько глубоко мы можем принять иные культуры и народы, не утратив при этом собственной национальной идентичности?

«Плохо человеку, когда он один. Горе одному, один не воин»

Мысли о национальной идентичности

Неким идейным противодействием концепции мультикультурализма служит поиск оснований национальной идентичности. В основе ее лежит биологическое представление об однородности группы живых существ, которая достигается распространением и передачей однородного генетического материала, внешнего облика индивида и набора характерных поведенческих реакций. Такая однородность помогает выживать виду. Нация также помогает существованию отдельного ее члена, но в полной мере перенести этот биологический механизм на группы людей, объединенных социальными и культурными связями, было бы вульгарным упрощением. Идентичность людей гораздо более пластична, подвержена влиянию идеологии и морали, политическим факторам. Еще недавно 1/6 суши стояла под знаменами интернационализма, а сегодня куски советской империи ищут свою национальную идентичность, да такую, чтобы без намека на общее прошлое с соседями. В качестве объективной компоненты национальной идентичности выступают традиции и нормы. Их проще всего достать «из бабушкиного сундука» вместе с казачьими нагайками и хиджабами. Субъективная часть – национальный менталитет, мировоззрение и мироощущение, то, что воспитывается и внушается. Национальной идентичности нужен временной разбег.  Устойчивость национальной идентичности зависит от осознания людьми, причисляющими себя к какой-либо нации,  общего прошлого и общих интересов в будущем. Питательный субстрат национальной идентичности – общий язык, историческая память и доминирующая религия. Все разговоры о национальной идентичности, в сущности, разговоры про это. Поразительные результаты, касающиеся национальной идентичности русского народа, дал опрос ВЦИОМ, проведенный 22-23 ноября этого года. На вопрос: «Вы слышали или не слышали словосочетание «Русский мир»? Если слышали, то расскажите в двух-трех словах, что оно означает», – 71% россиян ответили, что впервые слышат это словосочетание. Еще 2% затруднились объяснить, что это за зверь. Около одного процента считают «русский мир» общностью людей, живущих на территории России, и примерно столько же – фирменным магазином или журналом. Из тех, кто слышал о «русском мире»,  63% считают, что он существует в том смысле, как о нем говорят политики и общественные деятели, 20% это отрицают. 67% тех, кто признает реальность «русского мира», считают его многоконфессиональным, 66% причисляют к нему территории, на которых живут русские люди, в том числе и за границей. 65% говорят о том, что в «русский мир» входят люди других национальностей, 56% опрошенных готовы причислить к русскому миру людей, говорящих на других языках, и 48% – людей другой культуры. Как показывают эти данные, большая половина тех, кто имеет хоть какое-то мнение о русском мире, не видят географических, языковых, религиозных и культурных границ этого явления. Вряд ли такое размытое понимание хорошо согласуется с национальной идентичностью, выделяющий собственный народ из других народов на основании этих признаков.

«Дела идут, контора пишет»

Государственный подход

Любая национальная политика, будь то мулькультурализм или поиск национальной идентичности, не может существовать от случая к случаю и вспоминаться после этнических конфликтов или иных потрясений основ. Заслоном должна служить разработанная Министерством регионального развития Федеральная целевая программа «Укрепление единства российской нации и этнокультурное развитие народов России (2014-2020 годы)». У этого документа есть интересные конечные показатели. После освоения  6766,35 млн рублей (в ценах соответствующих лет) «доля граждан, положительно оценивающих состояние межнациональных отношений, составит 65 %; уровень толерантного отношения к представителям другой национальности составит 85%». В 2012 году базовыми точками отсчета принято считать 50,8%  по первому показателю и 75% – по второму. В результате простейшей арифметической прогрессии n + 2 к 2020 году разработчики программы получают искомый итог. Предлагаются 2 варианта решения проблем и достижения озвученных процентов. «Первый вариант предполагает ускоренные темпы укрепления единства российской нации и этнокультурного развития, значительное улучшение межэтнических и этноконфессиональных отношений. Второй вариант предполагает противодействие сложившимся негативным тенденциям, укрепление общегражданской российской идентичности, развитие этнокультурного многообразия». Чувствуете разницу между «ускоренными темпами этнокультурного развития» и «развитием этнокультурного многообразия»? Жонглирование терминами продолжается и далее, но общий смысл «укрепления» сводится к четырем основным направлениям работы: государственной поддержке патриотических проектов, «проведению информационной кампании с использованием возможностей информационных технологий», разработке учебных программ по истории и культуре народов России, изучению разных традиций и языков России. Контроль за динамикой изменения сознания граждан предполагается вести при помощи общероссийских опросов. На вопросы «Как, на Ваш взгляд, за последние годы изменились межнациональные отношения в России?» и «Чувствуете ли Вы в настоящее время враждебность к людям других национальностей?» должны отвечать ежегодно 1500 граждан. Последний вопрос, кстати, один в один задается в лонгитюдном исследовании «Левада-центра» уже с 2002 года. Самые свежие данные собраны 18-21 июля 2014 года. Тогда положительно на вопрос об антипатии к иным этносам ответили 12% опрошенных. Пик негатива случился годом ранее – 20% россиян сказали что «очень часто» или «довольно часто» испытывают ксенофобию. Минимум зафиксирован в 2010 году – 10% респондентов честно признались, что нетолерантны. Таким образом, если верить этим социологическим данным, один из показателей программы давно уже выполнен и перевыполнен. Некоторые флуктуации возможны, но общая цифра на протяжении 12 лет так и держится вокруг  15% национально озабоченных. Так что, хвала небесам, можно «не париться» за результаты выполнения программы «укрепления единства».

«Основа всякой мудрости – терпение»

Истоки толерантности

Культивировать фольклорно понимаемое разнообразие этносов, наверное, проще, чем воспитать человека, способного увидеть в человеке иной национальности равного себе. Возможно ли вообще терпимое отношение к людям с другим разрезом глаз и нетерпимое к тем, у кого иная сексуальная или политическая платформа? В чем причина враждебного отношения к «другим» – тем, кто от нас отличается? Почему мы склонны объединятся с теми, кто разделяет наши убеждения, или с теми, кто разговаривает на том же языке или имеет ту же культуру, что и мы, или с теми, кто принадлежит к той же этнической группе?

Согласно Декларации принципов толерантности, принятой Генеральной конференцией ЮНЕСКО (1995) и подписанной Россией, «толерантность означает уважение, принятие и правильное понимание богатого многообразия культур нашего мира, наших форм самовыражения и способов проявлений человеческой индивидуальности, это гармония в многообразии, это добродетель, которая делает возможным достижение мира и способствует замене культуры войны культурой мира». Но толерантность как право быть иным завоевывала сознание общества не через философские трактаты и резолюции, а по необходимости. Впервые как проблема она была осознана в XVII веке в период английской революции. Тогда под знамена Кромвеля собрались представители различных религиозных сект. Оказалось, что единения не получится, если религиозное единство навязывать. Толерантность родилась, с одной стороны, как  побочный продукт религиозного плюрализма, а с другой, стала условием дальнейшего развития оного. Почему же, имея столь давнюю историю, толерантность по-прежнему труднодостижима в сознании отдельных граждан и народов? Возможно, причины кроются в воспитании. В детстве эгоцентрическая позиция по отношению к другому – норма. Младенец абсолютно нетерпим к своим нуждам – он страдает от голода, холода, эмоциональной заброшенности. Он  требует удовлетворения своих базовых потребностей плачем – тем инструментом, который ему доступен. Другие люди служат средством удовлетворения витальных потребностей. Как и детский эгоцентризм, агрессия – также эволюционно заложенный механизм, способствующий выживанию и биологическому процветанию вида. Первое «терпи» говорят родители, и, по сути, это встреча природных потребностей индивида с требованиями общества и культурной среды. Но еще много лет ребенок учится воспринимать мир с позиции другого человека. Самооценка – во многом результат оценки нас другими людьми. Отношение к другому становится центром формирования собственной личности. Если этого развития не происходит, когнитивная сложность мира не возникает. Свой «пуп земли» – в центре, остальные остаются на периферии плохо различимыми и обезличенными стереотипами. Отсюда берет начало расовая и религиозная сегрегация.

Вера в непогрешимость собственных убеждений дает субъективное право распоряжаться чужими «малоценными» жизнями, мешающими процветанию «высшей расы». Эту религию исповедуют различные БОРНы и ХАМАСы. Напротив, политическая и экономическая свобода предполагают, что мы доверяем своим оппонентам (или конкурентам) и понимаем, что у нас нет истины в последней инстанции и существуют другие взгляды, способные пролить свет на те или иные вещи. Толерантность по отношению к другим людям подразумевает, что мы осознаем их принадлежность к человеческому сообществу в целом и разделяем положение о том, что «все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах». Люди имеют право отождествлять себя с другими, похожими на себя, но не должны замыкаться в этом узком круге, даже если он называется нацией и включает несколько миллионов человек.

Оксана Олейникова

 

СОСЛОВНЫЙ НЮХ ФЕМИДЫ

Опубликовано allrf в рубрике Общество

Мы взялись за эту непростую тему по ряду причин. Журнал намерен посвятить один из номеров текущего года анализу отечественных правоохранительной и судебной систем, не без труда завоевывающих доверие своих сограждан. И еще – сегодня становится очевидным, что вопросы неравенства россиян перед законом, когда в ходу сословная составляющая в практике и следствия, и суда. Да, не собираются уходить из действительности невеселые поговорки «С сильным не борись, с богатым не судись», «Закон что дышло, куда повернут, туда и вышло»… Примеров тому – множество. Возьмем один из них, причем не самый очевидный.

20 октября прошлого года в Москве произошло ДТП на Кутузовском проспекте, которое было «растиражировано» где и как только можно, причем не без искажений. Фактически реальная ситуация выглядела так: около 11 ч. утра черный Mercedes­Benz SLK следовал со стороны Нового Арбата по Кутузовскому проспекту по второй полосе. Машиной по доверенности управляла 21­летняя Кристина ­Асафова, студентка 5­го курса РГГУ, в котором девушка изучает менедж­мент. ­Впереди ее автомобиля ехал на мотоцикле BMW 40­летний Андрей Болотов. Со слов очевидцев, в какой­то момент водитель Mercedes решила перестроиться сразу через несколько полос и врезалась в мотоцикл. После удара автомобиль вылетел на встречную полосу, где столкнулся с Ford Focus, а затем врезался в переднюю часть Daewoo Nexia — водители отделались ушибами. Мотоцикл также вылетел на встречную полосу, где столкнулся еще с двумя машинами. Движение оказалось парализованным. К. Асафова вину свою признала сразу. Что немаловажно, не возражала против медицинского освидетельствования и не пыталась скрыться. Да, тест на алкоголь установил опьянение в 1,2 промилле, хотя результаты ей не показали. Самое примечательное здесь, что в этом ДТП пострадавший Андрей Болотов является зятем главы могучей «Транснефти» Николая Токарева, некогда – вице­президент «Внешторгбанка». В результате травм, полученных при аварии, у Болотова была ампутирована часть стопы. В интернет­сообществе, в те дни бурно обсуждавшем происшествие, можно было прочесть: «Ну и блондинка, одним ударом больно попала и во власть, и в капитал!»…
Так началась драматическая история взятия К. Асафовой под стражу: произошло нежданное и ужасное событие, которое до сих пор тяжелым грузом давит адвоката и семью Кристины.
С первых минут объяснения с сотрудниками ГИБДД К. Асафова не делала ни малейших попыток лукавить. На суде 22.10. 2012 г., определявшем меру пресечения, Кристина сказала во всеуслышание, что полностью осознает случившееся и глубоко раскаивается перед пострадавшими. Никулинский районный суд Москвы принял решение о мере пресечения – заключение под стражу. А в течение последнего времени дважды – 17 декабря (до 20 февраля) и 15 февраля (до 20 апреля) – продлевал нахождение Асафовой в СИЗО. И на этих заседаниях она вновь, не изворачиваясь, честно и публично признала свою вину, заявляя, что хочет ее загладить. Это ли не добросовестность и законопослушность? Кстати, она сразу же пишет покаянное письмо потерпевшему, передавая его через своего адвоката…
Соответствующая статья УПК допускает применение диапазона мер к обвиняемым, среди которых и залог, и домашний арест, где нахождение под стражей – крайняя мера. Причем, как правило, применяется она в отношении водителей в состоянии опьянения, когда происходит ДТП, повлекшее смерть человека. Для Асафовой выбрана именно она…
Так, ранее не судимая (что немаловажно) гражданка РФ, москвичка, имеющая постоянное место жительства, оказалась фактически на 6 месяцев за решеткой. В среде явно не комфортной, в камере на 40 человек с «сиделицами» понятных нравов с соответствующим поведением.. А ведь есть постановление Пленума Верховного суда РФ от 29.10.2009 г. «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста», где черным по белому указывается, что «заключение под стражу в качестве меры пресечения может быть избрано лишь при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения». Почему же нельзя было применить залог, о чем просил адвокат обвиняемой и члены ее семьи? Или тот же домашний арест? Остается только гадать…Есть еще одно обстоятельство, которое нельзя не учитывать: так, п.5 того же постановления гласит: «Особое внимание судам необходимо обращать на применение меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении женщин, имеющих несовершеннолетних детей». У 21­летней Кристины Асафовой на момент ДТП ребенку было полтора года. Сейчас девочке почти 20 месяцев. К окончанию срока нахождения под стражей малышке будет 22 месяца. И ребенок, умственное и психическое формирование которого идет до 3 лет, находится в разлуке с матерью. На февральском заседании суда адвокат приводил доводы о том, что ребенок, по мнению врачей, находится в непростом психическом состоянии, постоянно ищет маму, пытается отыскать ее среди чужих людей. Тяжелый осадок от заседания, когда видишь застывшие в горе глаза Кристины при чтении адвокатом заключения специалистов…
И что? Решение: продлить нахождение под стражей до 20 апреля. И снова процитируем рекомендации пленума, где в п.18 отмечается: «Продление срока содержания обвиняемого под стражей свыше 2 месяцев возможно только при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения». Разве есть данные в деле объемом более 100 листов о наличии обстоятельств, свидетельствующих о необходимости такой меры пресечения? На взгляд адвоката – нет. У обвиняемой положительные характеристики с места учебы, с места жительства, она несудима. В чем же проблема?
Позиция следователя: обвиняемая может скрыться, оказать давление на пострадавшую сторону, да и сесть за руль. О чем речь? У нее же отобраны права, она абсолютно вменяема! К чему такие предположения? ­Кстати, с обвиняемой, по словам матери, следователь в СИЗО не встречается. Впечатление о «железобетонном» мнении потерпевших, которое разделяет и обвинение. Сама же Асафова выглядит неважно: бледная, потухший взгляд, в котором сквозит обреченность и затравленность. Выходя из суда, поймали себя на мысли: да, суд обязан быть справедливым, жестким в исполнении закона, но – не мстительным, не жестоким…
Ясно ли всё? Задача – «закрыть»? Плюс желание физически и психически надломить человека? Тогда это явно не миссия суда. Почему так происходит? Похоже, кроме семьи Асафовой и адвоката, никого из участников судебных заседаний это не волнует… И явно видится здесь не сила системы, скорее – слабость. Властная структура в лице суда и следствия не столько ищет справедливость, сколько безоговорочно «давит». Поначалу многочисленные ньюсмейкеры «взорвали» информационное поле, вывернув наизнанку всю семью виновницы ДТП, затем же, поняв очевидное, потеряли всякий интерес. Где же логика? Ведь минусов пребывания обвиняемого за решеткой в нашем случае явно больше, чем плюсов. Зачем же и почему такая нарочитая избирательность с одномерным результатом?
Правоприменительная практика дает многочисленные аналогичные факты, о которых нельзя не упомянуть. Мы говорим о ситуациях, когда позиция суда, его решение прямо зависят от социального статуса человека, его принадлежности к сословию власть имущих. Вот примеры.
2005 г., январь. Автомобиль, которым управлял губернатор Брянской области Н. Денин, ехавший в командировку в Москву, на 103­м километре федеральной трассы «Украина» в районе Обнинска насмерть сбил женщину… В марте суд признал губернатора невиновным.
2006 г., февраль. Водитель О. Щербинский, признанный виновным по делу о гибели алтайского губернатора М. Евдокимова, был приговорен к 4 годам колонии­поселения. Только всероссийский протест автомобилистов заставил суд пересмотреть дело, освободить рядового железнодорожника Щербинского от наказания и восстановить истину.
2009 г., декабрь. Автомобиль, за рулем которого была А. Шавенкова, дочь председателя иркутского областного избиркома, на большой скорости вылетела на тротуар и сбила сестер Юлию и Елену Пятковых. Елена впоследствии скончалась, Юлия стала инвалидом. Общественность клокотала гневом… Итог – 2,5 года в колонии­поселении с отсрочкой приговора на 14(!) лет по причине малолетства детей. Понятно, что досудебным ограничением свободы здесь не пахло…
Да, заметные противоречия в буквальном смысле раздирают судебную систему. Любому известны истории, когда следствие и суд действуют сообразно сословному положению гражданина, попавшего в криминальную ситуацию. Чуть ли не как в феодальной Руси: боярин за смертоубийство платит пеню в рубль серебром, а смерд за то же преступление карается исключительно «лишением живота». Но тогда, лет 700 назад, это было писаным законом. А сейчас?
Разумеется, мы далеки от мысли, что пострадавший в ДТП на Кутузовском проспекте А. Болотов или члены его семьи оказывают какое­либо давление на суд с тем, чтобы наказать К. Асафову по максимуму. Но вопросы остаются… Почему 21­летняя несудимая москвичка, молодая мама, студентка последнего курса находится за решеткой? И будет ли справедливым окончательный приговор суда?

Александр Никишин, Николай Тюрин

PS: В 2011 г. по ст.264, ч.2 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью) было осуждено более 6 тыс. человек, из них свыше 5 тыс. человек получили условные сроки, по примирению сторон прекращено более 4 тыс. дел. Сейчас в тюрьмах, по разным данным, находятся от 750 тыс. до 1 млн человек. Как показывает непредвзятый анализ, около 30% осужденных в России лишены свободы заведомо неправосудно. Вот почему остается только гадать о дальнейшей судьбе Кристины Асафовой…

http://nashavlast.ru/article_description/139/2231.html

ТРАГЕДИЯ НА КУБАНИ

Опубликовано allrf в рубрике Общество

Вся страна скорбит по поводу страшной беды, случившейся в Краснодарском крае. Мощное наводнение унесло жизни более 170 человек. Эта трагедия высветила многое: и отношение к природным катаклизмам, и отношение властей и простых граждан к случившемуся и пострадавшим…

Редакция портала скорбит вместе со всеми россиянами…

 Трагедия на Кубани

  Фото с официального сайта МЧС РФ mchs.gov.ru

ЕВРОПЕЙСКИЕ МАРШРУТЫ ПАМЯТИ

ДОРОГИ ПАМЯТИ - ДОРОГИ МИРА


ПРИГЛАШАЕМ!
ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКАЯ АКЦИЯ-ПОЕЗДКА "ДОРОГИ ПАМЯТИ - ДОРОГИ МИРА" цикла "ЕВРОПЕЙСКИЕ МАРШРУТЫ ПАМЯТИ"
28 октября – 6 ноября 2017 г.
(10 дней / 9 ночей)
Поездка в преддверии 72-й годовщины начала Нюрнбергского процесса над нацизмом и его сателлитами
Маршрут: Москва – Берлин (Заксенхаузен) – Потсдам – Дрезден – Нюрнберг – Мюнхен (Дахау) – Веймар (Бухенвальд) – Лейпциг – Берлин – Москва.
Подробности на www.mrzh.ru. Дороги памяти - дороги мира

НВ-ПАРТНЕР


Rambler's Top100